.RU

Ялом И. Я 51 Лжец на кушетке / Пер с англ. М. Будыниной - страница 16



Она была довольна собой. «Эти записи мне очень при­годятся, — думала она. — Правда, не сейчас. Но в один прекрасный день они покажутся кому-нибудь — Джасти-ну, моему юристу, государственному комитету по этике — крайне любопытными». Кэрол закрыла блокнот. Ей нужно собраться перед встречей с Эрнестом. События последних Двадцати четырех часов не лучшим образом сказались на ее мыслительных способностях.

259

Когда она пришла домой вчера вечером, на двери висе­ла записка от Джастина: «Я вернулся за вещами». Задняя дверь была взломана, и он унес все, что она не успела унич­тожить: свои ракетки для ракетбола, одежду, туалетные принадлежности, обувь, книги, а также вещи, которые при­надлежали им обоим: книги, фотоаппарат, бинокль, CD-пле­ер, большую часть их коллекции компакт-дисков, несколь­ко кастрюль, чашек и стаканов. Он даже взломал ее кедро­вый секретер и унес свой компьютер.

Взбешенная Кэрол позвонила родителям Джастина, чтобы сообщить, что она собирается засадить их сына за ре­шетку, а они окажутся в камере по соседству, если они будут оказывать хоть какую-нибудь помощь своему сыну-уголовнику. Она позвонила Норме и Хитер, но лучше от этого не стало. На самом деле стало еще хуже. Норма была слишком озабочена собственными проблемами с мужем, а Хитер своим нежным голоском напомнила ей, что Джастин имеет полное право на принадлежащие ему вещи. Она не могла обвинить его в краже со взломом или незаконном проникновении в чужое жилище: это был его дом и она не имела права менять замки или пытаться помешать ему по­пасть в дом каким-либо иным способом, не имея на то спе­циального ордера.

Кэрол знала, что Хитер права. Она не получила в суде ордер, запрещающий ему вход в ее владения, потому что ни­когда — даже в самом страшном сне — не могла себе пред­ставить, что он решится на подобную акцию.

И в довершение ко всему утром, одеваясь, она обнару­жила, что из всего ее нижнего белья были аккуратно выре­заны кусочки ткани из промежности. И, словно для того, чтобы у нее не оставалось сомнений в том, каким образом это произошло, в каждой паре Джастин оставил по кусочку галстуков, которые она изрезала на куски и побросала в его шкаф.

Кэрол была ошеломлена. Это не Джастин. Не тот Джас­тин, которого она знала. Нет, один Джастин не смог бы это проделать. У него не хватило бы духу. И воображения.

260

Это могло произойти только в том случае... единственный человек, который мог бы все это так обставить, — это Эр­нест Лэш! Она подняла глаза и увидела перед собой его — собственной персоной. Он кивал ей своей жирной головой, приглашая пройти в кабинет! Чего бы мне это ни стоило, ты, сукин сын, пообещала Кэрол, сколько бы это ни за­няло времени, что бы мне ни пришлось сделать, я остав­лю тебя без работы.

«Итак, — произнес Эрнест, когда они уселись, — что представляется вам важным сегодня?»

«О, столько всего. Мне нужно собраться с мыслями. Я не могу понять, почему я так взволнована».

«Да, на вашем лице отражается эта внутренняя работа».

О, прекрасно, прекрасно, ты, дурень чертов, подума­ла Кэрол.

«Но мне трудно читать ваше лицо, Каролин, — про­должал Эрнест. — Какое-то возмущение, может быть. Не­кая грусть».

«Ральф, мой последний терапевт, говорил, что сущест­вуют четыре базовых чувства...»

«Да, — мгновенно отозвался Эрнест. — Боль, грусть, ярость, радость. Так легко запомнить».

Легко запомнить? Да уж, в этой профессии мозги выдают в кредит, подумала Кэрол. Односложные слова! Все вы, кретины, одинаковые. «Мне кажется, что я все это чувствую, Эрнест».

«Как это, Каролин?»

«Ну, «ярость» по поводу проблем в моей жизни. Мы говорили о некоторых из них в прошлый раз: мой брат, особенно мой отец. И «боль» — тревога — когда я думаю о ловушке, в которой оказалась в ожидании смерти своего мужа. И «грусть», наверное, когда я думаю о том, сколько лет потеряла в этом неудачном браке».

«А радость?»

«О, с этим просто. «Радость» — это когда я думаю о вас и о том, как мне повезло с вами. Я думала о вас, о том,

261

что я увижу вас сегодня, — вот что дало мне силы пережить эту неделю».

«Расскажите мне об этом».

Кэрол сняла сумку с колен, поставила ее на пол и эле­гантно скрестила длинные ноги. «Вы заставляете меня краснеть». Она помолчала — сама скромность! Прекрас­но, думала она. Но не торопись, только не торопись, Кэ­рол. «На самом деле я всю неделю фантазировала о вас. Это были эротические фантазии. Но вы, наверное, привыкли, что ваши пациентки находят вас привлекательным».

При мысли о том, что Каролин фантазирует о нем, может, даже мастурбирует на эти фантазии, Эрнест почув­ствовал возбуждение. Он думал, как лучше отреагировать на это — отреагировать честно.

«Вы же привыкли к этому, Эрнест? Вы просили меня задавать вам вопросы».

«Каролин, в вашем вопросе есть что-то, что смущает меня, и я пытаюсь понять почему. Думаю, потому, что из этого следует, что то, что происходит здесь между нами, есть нечто стандартизированное, нечто предсказуемое».

«Кажется, я не понимаю вас».

«Понимаете, вы для меня уникальны. Ваша жизнь, ва­ша ситуация уникальны Поэтому, когда вы спрашиваете меня, происходит ли так всегда, это кажется мне несколько неуместным».

Кэрол придала своим глазам мечтательное выражение.

Эрнест смаковал свои слова. Потрясающий ответ! Нужно не забыть эти слова, чтобы использовать в статье про промежуточное пространство. Но Эрнест также пони­мал, что с его подачи сеанс переключился на безличные аб­стракции, и попытался быстро исправить ситуацию: «Но, Каролин, я ушел в сторону от вашего вопроса... что вы хо­тели узнать?»

«Я хотела узнать, как вы относитесь к тому, что я на­хожу вас привлекательным, — ответила Кэрол. — Я так много думала о вас на этой неделе... о том, что было бы, ес­ли бы мы с вами случайно, может, на одной из ваших лек-

262

ций встретились как мужчина и женщина, а не как тера­певт и его клиент. Знаю, я должна рассказать вам об этом, но мне трудно это сделать... Я стесняюсь... может, вы со­чтете это — я имею в виду, мои слова — отвратительны­ми. Я и сама чувствую себя отвратительной».

Очень, очень хорошо, думала Кэрол. Черт возьми, у меня здорово это получается!

«Ну что, Каролин, я обещал, что буду честен с вами. А правда состоит в том, что мне приятно слышать, что жен­щина — должен сказать, женщина очень и очень привле­кательная — находит привлекательным меня. Как и боль­шинство людей, я не уверен в своей физической привлека­тельности».

Эрнест замолчал. Так сердце колотится. Я никогда не общался с пациентами на такие личные темы. Мне понравилось говорить ей о том, что она привлекатель­на, — это заводит меня. Наверное, я сделал ошибку. Она может подумать, что я соблазняю ее. Но она ка­жется самой себе отвратительной. Она не знает, на­сколько она хороша собой. Почему бы не устроить для нее небольшое подтверждение, небольшую проверку ее внешности?

Кэрол же ликовала — впервые за несколько недель. «Очень привлекательная женщина». Бинго! Помнится, Ральф Кук говорил мне то же самое, слово в слово. Он с этого начал. И именно эти слова говорил мне отврати­тельный доктор Цвейзунг. Слава богу, мне хватило ума назвать его подонком и уйти. Но они оба, наверное, про­делывают сейчас то же самое с другими жертвами. Ес­ли бы я только додумалась собрать доказательства, прикончить этих ублюдков! Теперь я могу сделать это. Если бы я только положила диктофон в сумочку. В сле­дующий раз! Я же не думала, что он так скоро проявит свою похотливую сущность.

«Но, — продолжал Эрнест, — чтобы быть полнос­тью честным с вами, должен заметить, что я не принимаю

263

ваши слова на свой счет. Вы говорите обо мне, но реагируе­те вы не на меня, а в гораздо большей степени на мою роль».

Его слова захватили Кэрол врасплох. «Что вы имеете в виду?»

«Вернитесь на пару шагов назад, Кэрол. Давайте да­дим беспристрастную оценку последним событиям. В ва­шей жизни произошли ужасные вещи; вы держали все в себе, мало с кем делились своими переживаниями. У вас бы­ли ужасные отношения с мужчинами, которые имели важ­ное значение в вашей жизни: ваш отец, ваш брат, ваш муж и... Расти, да? Так звали вашего школьного приятеля? И един­ственный человек, с которым вам было хорошо, — это ваш бывший терапевт, но и он умер, покинул вас.

А потом вы приходите сюда, ко мне и впервые, рискуя, рассказываете мне обо всем. С учетом всего этого, Каро-лин, разве можно удивляться тому, что у вас возникли силь­ные чувства ко мне? Не думаю. Вот что я имел в виду, ког­да говорил, что это моя роль, а вовсе не я сам. К тому же вы испытывали сильные чувства к доктору Куку. Неуди­вительно, что мне по наследству перешла некоторая их часть, то есть произошел перенос этих чувств на меня».

«Вот с этим я согласна, Эрнест. Я начинаю испыты­вать к вам те же чувства, что и к доктору Куку».

Короткая пауза. Кэрол не сводила глаз с Эрнеста. Маршал бы выждал. Но не Эрнест.

«Мы обсуждали «радость», и я ценю вашу честность. Могу я попросить вас вернуться к остальным трем чувствам? Посмотрим. Вы сказали, что вы испытываете «ярость», вспо­миная о проблемах прошлого, особенно связанных с муж­чинами в вашей жизни; «боль» вызывает западня, в которой вы оказались вместе с вашим мужем; а «грусть»... «грусть»... напомните мне, Каролин».

Кэрол вспыхнула. Она забыла, что рассказывала ему. «Я и сама забыла, что это было: я слишком взволнована и не могу сосредоточиться». Так не пойдет, подумала она. Мне нельзя забывать роль. Избежать таких накладок можно только одним способом — я не должна врать про

264

себя, за исключением, разумеется, того, что касается Джастина.

«А, я вспомнил, — сказал Эрнест. — «Грусть» из-за сожалений, которые у вас накопились, — «потерянные го­ды», так вы, кажется, сказали. Знаете, Каролин, эта мне­моника «боль, грусть, ярость, радость» слишком упрощен­ная. Вы умная женщина, и, боюсь, это вас покоробит. Но сегодня она сработала. Проблемы, ассоциирующиеся с каж­дым из четырех этих чувств, — это как раз то, что нам нуж­но. Давайте разберемся с этим».

Кэрол кивнула. Она была разочарована тем, что они так быстро ушли от разговора о ее привлекательности. «Тер­пение, только терпение, — напомнила она себе. — Вспом­ни Ральфа Кука. Они так обычно и делают. Сначала они завоевывают твое доверие; потом ты попадаешь в полную зависимость, они становятся жизненно необходимы тебе. И только потом они принимаются за свое. Избежать этого невозможно. Ему нужно дать пару недель. Надо сделать так, чтобы он сам был инициатором всех изменений».

«С чего начнем?» — поинтересовался Эрнест.

«С грусти, — предложила Кэрол. — Мне грустно ду­мать о тех годах, которые я провела с мужчиной, которого терпеть не могу».

«Девять лет, — сказал Эрнест. — Значительная часть вашей жизни».

«Очень значительная. Как бы мне хотелось вернуть ее».

«Каролин, давайте попробуем выяснить, почему вы рас­стались с этими девятью годами».

«Я уже пыталась разобраться в этом с другими тера­певтами. Все без толку. И не кажется ли вам, что работа с моим прошлым уведет нас от настоящего, от моей дилеммы?»

«Хороший вопрос, Каролин. Доверьтесь мне. Я не ста­рьевщик. Тем не менее прошлое — это часть вашего акту­ального самосознания. Прошлое — это те очки, сквозь кото­рые вы смотрите на настоящее. Чтобы знать о вас все, я должен смотреть на мир так, как смотрите вы. Мне также нужно знать, как вы принимали решения в прошлом, чтобы

265

помочь вам принимать более эффективные решения в бу­дущем».

«Понимаю», — кивнула Кэрол.

«Итак, расскажите мне о своем браке. Как вы решили выйти замуж и как вы оставались девять лет с человеком, которого не любили?»

Кэрол, не отступая от решения не уходить далеко от ис­тины, честно рассказала Эрнесту о своей семейной жизни, изменив лишь географию и фактические детали, которые могли вызвать у Эрнеста подозрение.

«Я познакомилась с Уэйном, когда еще училась в юри­дическом колледже. Я работала секретарем в юридической компании Эванстона, и мне было передано дело, связанное с бизнесом отца Уэйна. Он был владельцем процветающей сети обувных магазинов. Мы с Уэйном проводили много времени вместе. Он был красивый, мягкий, преданный, за­думчивый и собирался через год-два принять пятимилли­онный бизнес. У меня вообще не было денег, зато была ку­ча долгов по студенческим ссудам. Я сразу решила выйти за него замуж. Это было дурацкое решение».

«Почему?»

«Через несколько месяцев совместной жизни я стала более реалистично оценивать достоинства Уэйна. Я скоро поняла, что «мягкость» была следствием не доброты, но тру­сости. «Задумчивость» превратилась в катастрофическую нерешительность. «Преданность» стала удушливой зависи­мостью. А «богатство» обратилось в прах, когда обувной биз­нес его отца обанкротился через три года».

«А привлекательность?»

«Бедный красавчик-болван плюс доллар пятьдесят — это чашка капуччино. Это было крайне неудачное реше­ние — решение, которое сломало мне жизнь».

«Как вы приняли это решение?»

«Я знаю, что этому предшествовало. Я уже рассказы­вала вам, что парень, с которым я встречалась в старших классах, бросил меня, когда я училась на втором курсе кол­леджа, без объяснения причин. В колледже я встречалась

266

с Майклом. Мы были идеальной парой; Майкл был вто­рым в группе...»

«Вы были идеальной парой? — перебил ее Эрнест. — Вы тоже были хорошим студентом?»

«О, у нас было прекрасное будущее. Майкл был вто­рым в группе, я была первой. Но история с Майклом закон­чилась тем, что он бросил меня, чтобы жениться на взбал­мошной дочери главы крупнейшей нью-йоркской юриди­ческой корпорации. Потом, во время летней практики в суде округа, был Эд, влиятельный помощник окружного судьи, который делился со мной профессиональным опы­том на офисной кушетке почти каждый день. Но он не хотел, чтобы наши отношения стали достоянием общест­венности, так что, когда закончилось лето, он так и не от­ветил ни на одно мое письмо или звонок. Потом полтора го­да я не подпускала к себе мужчин, а потом появился Уэйн. Думаю, я решила выйти за него на фоне всех этих разочаро­ваний».

«Теперь я вижу эту длинную цепочку мужчин, кото­рые предали вас: ваш отец, Джед...»

«Джеб. На конце «б». Б, б, ты, мозгоправ, подумала Кэрол. Она выдавила из себя дружелюбную улыбку. «По­пытайтесь запомнить: «б» — это «брат», простая мнемо­ника. Или «барыга», или «бормоглот», или «бестия».

«Простите, Каролин. Джеб, доктор Кук, Расти, а се­годня прибавились еще Майкл и Эд. Длинный список! Мне кажется, что, когда появился Уэйн, вы почувствовали облег­чение от того, что наконец-то вам удалось найти кого-то, кто кажется надежным и на кого можно положиться».

«Я даже не думала о том, что Уэйн бросит меня. Он такой прилипала, что чуть ли не в ванную ходил за мной по пятам».

«Может быть, тогда вам даже нравилось, что он такой «прилипала». А этот список мужчин-неудачников? Его так никто и не разбавил? Я не слышал ни об одном исключении, ни об одном мужчине, который бы был достоин вас. И хо­рошо к вам относился».

267

«Был только Ральф Кук». Кэрол торопливо вернулась в безопасность своей лжи. Несколько мгновений назад, когда Эрнест перечислял мужчин, предавших ее, она по­чувствовала боль, как и на прошлом сеансе. Она поняла, что ей нужно быть очень осторожной. Она и не знала, насколь­ко велико искушение терапии. И насколько она вероломна.

«Но он умер», — сказал Эрнест.

«А теперь есть вы. А вы будете хорошо ко мне отно­ситься?»

Прежде чем Эрнест успел ответить, Кэрол улыбнулась и задала следующий вопрос: «А у вас как со здоровьем?»

Эрнест улыбнулся. «Я абсолютно здоров, Каролин. Я планирую прожить еще много лет».

«А другой вопрос?»

Эрнест взглянул на нее с лукавой улыбкой.

«Вы будете хорошо относиться ко мне?»

Эрнест помолчал, а потом заговорил, тщательно под­бирая слова: «Да, я постараюсь помочь вам, я сделаю все, что смогу. Можете на это рассчитывать. Знаете, я вспом­нил, как вы рассказывали, что были с тем студентом, кото­рый произносил прощальную речь на выпускном торжест­ве. Мне пришлось вытаскивать из вас это чуть ли не кле­щами. Лучшая студентка группы юридического факультета Чикагского университета — это огромное достижение, Каролин. Вы гордитесь этим?»

Кэрол пожала плечами.

«Каролин, прошу вас. Скажите это еще раз: как вы ус-* певали, учась на юридическом факультете Чикагского уни­верситета?» \

«Очень неплохо».

«Насколько неплохо?»

Тишина, а потом слабый голос Кэрол: «Я была лучшей студенткой в группе».

«Ну-ка, еще раз. Насколько неплохо?» Эрнест прило­жил ладонь к уху, показывая, что никак не может расслы­шать ее слова.

«Лучшая студентка в группе, — громко произнесла

268

Кэрол. И добавила. — Редактор юридического журнала. W никто, даже Майкл, и рядом со мной не стоял». И она раз­рыдалась.

Эрнест дал ей салфетку, подождал, пока ее плечи пере­стали ходить ходуном, и спросил ласково: «Вы можете пре­вратить ваши слезы в слова?»

«Да знаете ли вы, вы вообще представляете себе, какие перспективы открывались передо мной? Я могла добиться чего угодно, у меня было множество прекрасных предло­жений, я могла организовать свою фирму. Я даже могла заниматься международным правом, мне предлагали от­личную работу в главном юрисконсульстве агентства меж­дународного развития в США. Я могла бы занимать вы­сокий пост, оказывать влияние на политику правительства. А если бы я пошла работать в престижную фирму на Уолл­стрит, я бы сейчас зарабатывала пятьсот тысяч долларов в год. А вместо этого... Только посмотрите на меня: занима­юсь семейным правом, завещаниями, никудышными нало­говыми делами — и зарабатываю гроши. Я все промотала».

«Из-за Уэйна?»

«Из-за Уэйна, из-за Мэри, которая родилась через де­сять месяцев после нашей свадьбы. Я очень люблю ее, но она — часть этой западни».

«Расскажите мне про западню».

«Я действительно хотела заниматься международным правом, но как я могла вести международные дела, имея на руках маленького ребенка и мужа, настолько инфантильного, что он не мог даже толком справиться с ролью домохозяй­ки. Мужа, который сходит с ума, стоит ему остаться одному на ночь, который не может решить, что надеть на работу, не спросив у меня совета? Так что я согласилась на меньшее, отказалась от всех перспектив и приняла предложение не­большой компании Эванстона, чтобы Уэйн был поближе к главному управлению фирмы его отца».

«Как давно вы поняли, что совершили ошибку? Вы по­нимали, действительно ли вы понимали, на что идете?»

«Трудно сказать. У меня были сомнения в первые не-

269

сколько лет, но потом произошла Великая Походная Тра­гедия, и они исчезли. Это было лет пять назад».

«Расскажите мне об этом случае».

«Ну, Уэйн решил, что стоит организовать любимое аме­риканское семейное мероприятие — пойти в поход. Когда я была подростком, я едва не умерла от укуса пчелы — анафилактический шок, к тому же у меня жуткая аллергия на ядовитый дуб, так что я никак не могла пойти в поход. Я предложила дюжину альтернативных вариантов: байдар­ки, подводное плавание, речное путешествие на Аляску, ло­дочные прогулки в Сан-Хуане, на Карибах, в штате Мэн — я неплохой моряк. Но Уэйн решил, что на карту поставлена его мужская честь, и не соглашался ни на что, кроме похода».

«Но как он мог надеяться на то, что вы отправитесь в поход с аллергией на пчелиные укусы? Он что, хотел, что­бы вы рисковали жизнью?»

«Он думал лишь о том, что я пытаюсь контролировать его. Начались ожесточенные сражения. Я сказала, что не пойду в этот поход ни в коем случае, а он заявил, что они с Мэри пойдут без меня. Я не возражала, чтобы он взва­лил рюкзак на спину и отправился в этот поход с какими-нибудь друзьями, но друзей у него не было. Я боялась от­пускать с ним Мэри, ей тогда было всего четыре года. Он настолько беспомощен, настолько труслив, что я не была уверена в ее безопасности. Мне кажется, что Мэри нужна была ему там, чтобы защищать его, а не наоборот. Но он стоял на своем. В конце концов он дожал меня, и я согла­силась.

Вот тут-то и начались чудеса, — продолжала Кэрол. — Сначала он решил, что ему нужно восстановить форму и сбросить десять фунтов. На самом деле ему бы стоило сбросить тридцать. Вот, кстати, и ответ на ваш вопрос по поводу внешней привлекательности: он сильно поправился вскоре после нашей свадьбы. Он стал каждый день ходить в тренажерный зал, поднимать тяжести и худеть. И он действительно начал худеть, но потом сорвал спину и на­брал свои килограммы обратно. Он так переживал, что у

270

него началась гипервентиляция легких. Однажды мне при­шлось уйти с банкета в мою честь — тогда я стала полноп­равным партнером в своей фирме — и везти его в больни­цу. Слишком круто для похода мачо. Вот тогда-то я и осоз­нала весь ужас своего положения».

«Ух, вот это история, Каролин».

Эрнест был ошеломлен схожестью этого рассказа и ис­тории о неудавшемся семейном походе Джастина. Удиви­тельно слышать настолько похожие истории, рассказанные с разных точек зрения.

«Но расскажите мне, когда вы действительно поняли, что совершили ошибку. Посмотрим-ка. Как давно произо­шла история с походом? Говорите, вашей дочери было че­тыре года?»

«Около пяти лет назад». Кэрол постоянно приходи­лось одергивать себя; Эрнест вызывал у нее отвращение, но это расследование увлекало ее. Удивительно, думала она, как затягивает терапевтический процесс. За пару часов они способны подцепить тебя на крючок, а потом уже начинают делать все, что им вздумается: они мо­гут заставить тебя посещать их каждый день, брать за это любые деньги, трахать тебя прямо на ковре и за­ставлять тебя оплачивать даже это. Может быть, я подвергаю себя опасности, ведя честную игру. Но выбо­ра нет: если я начну врать, я сама себя загоню в угол. Этот парень — ублюдок, но он не идиот. Нет, я должна быть самой собой. Но осторожно. Очень осторожно.

«Итак, Каролин, пять лет назад вы осознали, что со­вершили ошибку, но с мужем разводиться не стали. Мо­жет, в вашей супружеской жизни были и положительные моменты, о которых вы мне еще не рассказывали».

«Нет, это был отвратительный брак! Я не люблю Уэйна. Не уважаю его. И он меня. Он ничего мне не дает. — Кэ­рол коснулась век. — Что мешало мне развестись с ним? Господи Иисусе, я не знаю! Привычка, страх, дочь — хо­тя Уэйн никогда не был привязан к ней — я не знаю... рак

271

и обещание, которое я дала Уэйну... мне больше некуда идти — у меня не было других предложений».

«Предложений? Вы имеете в виду от других мужчин?»

«Да, разумеется, не было предложений от других муж­чин, и, прошу вас, Эрнест, давайте поговорим об этом се­годня. Мне нужно что-то делать с сексуальными желания­ми... я лишена этого, я в отчаянии. Но я говорила не об этом, я имела в виду, у меня не было интересных предложений в профессиональном плане. Ничего похожего на те блестящие предложения, которые я получала в молодости».

«Да, эти блестящие предложения. Знаете, я все вспо­минаю, как вы плакали несколько минут назад, когда мы го­ворили о том, что вы были первой ученицей в группе, и о тех безграничных перспективах, которые открывались перед вами в плане карьеры...»

Кэрол окаменела. Он пытается вернуться к этой теме, подумала она. Стоит им обнаружить больное место, они начинают расковыривать его.

«Это очень болезненно, — продолжал Эрнест. — Ду­мать о том, как бы могла сложиться ваша жизнь. Я вспом­нил удивительные стихи Уитьера: «Из слов всевозможных, что сходят с пера, грустней быть не может, чем «если б тогда...»

О нет, подумала Кэрол. Избавьте меня от этого. Те­перь пошла поэзия. Далее со всеми остановками. Потом он начнет настраивать старую гитару.

«И вы отказались ото всех этих возможностей ради того, чтобы жить с Уэйном. Неудачная сделка — неудиви­тельно, что вы стараетесь не думать об этом... видите, как вам больно думать об этом? Думаю, именно поэтому вы ос­тались с Уэйном. Иначе вам пришлось бы посмотреть в глаза реальности. Вы бы не смогли и дальше отрицать, что отказались от всего этого, похоронили свое будущее фак­тически зазря».

Кэрол не смогла сдержать дрожь. Интерпретация Эр­неста была верной. Слушай, ты, а ну-ка, руки прочь от мо­ей жизни! Кто тебя просил влезать в нее? «Возможно, вы

272

правы. Но все кончилось; зачем ворошить прошлое? Я как раз об этом и говорила. Что прошло, то прошло».

«Вы уверены, Каролин? Мне так не кажется. Я ду­маю, что проблема не в том, что вы принимали неверные ре­шения в прошлом, а в том, что и в настоящем делаете невер­ный выбор. В вашем сегодняшнем настоящем».

«Разве у меня есть выбор? Бросить умирающего мужа?»

«Знаю, звучит резко. Но именно так мы все делаем не­верный выбор — убеждая себя в том, что другой альтер­нативы нет. Может, это будет одной из наших задач».

«Что вы имеете в виду?»

«Помочь вам понять, что есть и другие варианты, ши­рокий спектр альтернативных решений».

«Нет, Эрнест, все упирается в одно и то же. Есть лишь два варианта: я могу остаться с Уйэном или бросить его. Так?»

Кэрол совсем успокоилась: эта выдуманная ситуация с Уэйном не вызывала ассоциаций с Джастином. Но она ви­дела, как Эрнест пытается помочь ей бросить его, и могла представить, каким образом он заставил Джастина уйти от нее.

«Нет, совсем не так. Вы делаете множество опущений, которые вовсе не обязательно соответствуют истине. На­пример, предположение о том, что вы с Уэйном всегда бу­дете презирать друг друга. Вы забываете о том, что люди могут меняться. Конфронтация со смертью — сильный ка­тализатор перемен — в нем и, возможно, в вас тоже. Вам может помочь семейная терапия — вы говорили, что не пробовали этот метод. Может, вы или он еще сможете сно­ва открыть для себя давно утерянную любовь. В конце кон­цов, вы прожили вместе девять лет, вырастили ребенка. Что бы вы чувствовали, если бы расстались с ним или если бы он умер, а вы поняли, что должны были приложить больше усилий, чтобы наладить супружеские отношения? Уверен, что вам было бы намного спокойнее, если бы вы знали, что сделали все, что в ваших силах.

Можно посмотреть на проблему и с другой стороны, —

273

продолжал Эрнест. — Можно поставить под сомнение вашу базовую предпосылку о том, что быть с ним до пос­леднего его вздоха — правильный выбор. Так ли это? Я не уверен».

«Это лучше, чем оставить его умирать в одиночестве».

«Да? Разве Уэйн будет лучше себя чувствовать, если ему придется умирать в обществе человека, который пре­зирает его? А еще можно вспомнить о том, что развестись с ним не значит бросить его на произвол судьбы. Разве нель­зя представить себе ситуацию, в которой у вас будет своя жизнь, может быть даже с другим мужчиной, но при всем этом вы не оставите Уэйна? Скорее всего вы сможете даже лучше ухаживать за ним, когда перестанете злиться на него за то, что он стал частью западни. Видите, вариантов мно­жество».

Кэрол кивнула, мечтая, чтобы он замолчал. Казалось, он был способен распинаться вечно. Она бросила взгляд на часы.

«Вы смотрите на часы, Каролин. Что вы можете ска­зать об этом?» Эрнест улыбнулся, вспомнив, как на супе-рвизорской консультации Маршал обратился к нему с та­ким же вопросом.

«Видите ли, наше время почти истекло, — произнесла Кэрол, потирая глаза, — я еще хотела обсудить с вами не­которые вещи».

Эрнест с досадой подумал, что он был так директивен, что его пациентка даже не смогла обсудить с ним то, что ее волновало. Он заторопился.

«Несколько минут назад, Каролин, вы говорили о том, что испытываете сексуальную неудовлетворенность. Это одна из проблем?»

«Это самая большая проблема. Я с ума схожу от рас­стройства и уверена, что это причина моих бед. Наши сек­суальные отношения закончились уже давно, но после опе­рации на простате Уэйн стал импотентом. Я понимаю, что после такой операции так обычно и бывает». Ответ по это­му билету Кэрол знала назубок.

274

Эрнест кивнул. И ждал.

«Так что, Эрнест... Вы уверены, что я могу называть вас по имени?»

«Если я называю вас Каролин, вы можете называть меня Эрнест».

«Хорошо, Эрнест так Эрнест. Итак, Эрнест, что же мне делать? Огромное количество сексуальной энергии, которую некуда направить».

«Расскажите мне о вас и о Уэйне. Да, он импотент, но есть же и другие способы быть вместе».

«Если под этим «быть вместе» вы подразумеваете спо­соб доставить мне удовольствие, забудьте об этом. Эта про­блема не имеет решения. Мы перестали заниматься сексом задолго до операции. Это была одна из причин, по которой я хотела расстаться с ним. Теперь я полностью потеряла интерес к любому физическому контакту с ним. Он и сам заинтересован в этом не больше моего. Он никогда не счи­тал меня привлекательной, говорил, что я слишком худа, слишком костлява. А теперь он говорит мне «Иди куда угодно искать любовника».

«И? .» — спросил Эрнест.

«И я не знаю, что мне делать и как делать это что-то. И куда пойти. Я в чужом городе. Я никого здесь не знаю. Я не могу пойти в бар и снять там кого-нибудь. Я словно попала в джунгли. Там опасно. Я думаю, вы согласитесь, что последнее, что мне сейчас нужно, так это встреча с оче­редным насильником».

«Разумеется, Каролин».

«А вы одиноки, Эрнест? Разведены? На обложке ва­шей книги о жене нет ни слова».

Эрнест судорожно вздохнул. Он никогда не говорил с пациентами о смерти жены. Теперь его решение быть пол­ностью откровенным подвергалось суровому испытанию. «Моя жена погибла шесть лет назад в автомобильной катас­трофе».

«О, простите. Это было тяжело, да?»

Эрнест кивнул: «Тяжело... да».

275

Неправда. Это неправда, думал он. Да, Рут действи­тельно погибла в автомобильной катастрофе шесть лет на­зад, но правда и то, что их брак распался бы в любом слу­чае Но нужно ли ей знать это? Говори только то, что мо­жет помочь пациенту.

«То есть вы тоже ведете борьбу в мире одиночек?» — спросила Кэрол.

Эрнест был сбит с толку. Эта женщина непредсказуе­ма. Он не предполагал, что первое плавание его корабля под флагом полной откровенности будет таким сложным, и сейчас боролся с искушением уйти в спокойные воды ана­литического нейтралитета. Этим он владел в совершенстве: достаточно было спросить, почему она задает такие вопро­сы, или поинтересоваться, как она представляет себе его жизнь в мире одиночек. Но именно этого неискреннего нейтралитета, этой неаутентичности Эрнест поклялся избе­гать.

Что же делать? Он не удивится, если дальше она на­чнет расспрашивать его о том, как он знакомится с женщи­нами. Он вдруг представил себе, как несколько месяцев или лет спустя Каролин рассказывает какому-нибудь дру­гому терапевту о его терапевтическом подходе: «О да, док­тор Эрнест Аэш часто обсуждал со мной свои личные про­блемы и свидания с одинокими женщинами».

Да, чем больше Эрнест думал об этом, тем отчетливее понимал, что именно в этом заключается основная пробле­ма самораскрытия терапевта. Пациент имеет право на конфиденциальность, терапевт такого права не имеет! Терапевт не имеет права даже потребовать конфиденци­альности: если пациент будет проходить курс терапии в бу­дущем, у какого-либо другого специалиста, он должен иметь возможность свободно обсуждать любые вопросы, в том числе и странности предыдущих терапевтов. Тем более са­ми терапевты, свято храня тайны своих пациентов, частень­ко перемывают между собой косточки своим коллегам.

velikaya-depressiya-v-ssha-1929-1933gg-eyo-prichini-i-posledstviya.html
velikaya-depressiya-v-ssha-chast-6.html
velikaya-francuzskaya-revolyuciya-stranica-8.html
velikaya-literatura-kak-bolshoj-biznes-chast-3.html
velikaya-otechestvenna-vojna-1941-1945-gg-istochniki-i-celi-pobedi.html
velikaya-otechestvennaya-vojna.html
  • report.bystrickaya.ru/ii-orientirovochnie-bezopasnie-urovni-vozdejstviya-obuv-vrednih-veshestv-v-vozduhe-rabochej-zoni.html
  • holiday.bystrickaya.ru/o-provedenii-48-j-spartakiadi-shkolnikov.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zotov-a-f-sovremennaya-zapadnaya-filosofiya-uchebn-stranica-18.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/saba-zhospari-saba-sauat-ashu-mektep-sinip-1.html
  • shpargalka.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-opd-f-03-opd-f-02-sd-2-opd-f-2-dpp-f-13-opd-f-2-.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/glava-v-zhilishe-novikov-a-a-chastnaya-i-obshestvennaya-zhizn-rimlyan-p-giro.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/mezhdunarodnie-ekonomicheskie-dogovori-chast-9.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zadachi-kursa-mesto-sociologii-v-sisteme-nauk-predmet-i-struktura-sociologii-predistoriya-sociologii.html
  • esse.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-kursu-proektirovanie-informacionnih-sistem-dlya-specialnostej-230201-081900-informacionnie-sistemi-i-tehnologii.html
  • occupation.bystrickaya.ru/negativnoe-vliyanie-nalogovih-novovvedenij-dlya-agrariev-proyavlyaetsya-poetapno-etap-pervij-posevnaya.html
  • tasks.bystrickaya.ru/24-gumanistika-nastoyashee-uchebnoe-posobie-koncentriruet-vnimanie-na-odnom-iz-vazhnejshih-aspektov-missii-biologii.html
  • control.bystrickaya.ru/ekzamenacionnie-voprosi-po-filosofii-dlya-postupleniya-v-aspiranturu-samarskogo-gosudarstvennogo-tehnicheskogo-universiteta.html
  • crib.bystrickaya.ru/ii-prirodno-geograficheskie-usloviya1.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-12-reaktansnie-shemi-matyu-mendl.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/816-svedeniya-o-sushestvennih-sdelkah-sovershennih-emitentom-610006-rossiya-g-kirov-oktyabrskij-pr-t-24-informaciya.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/programmi-v-internete-english-trainer-3000-4.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/454-fibre-channel-kurs-kompyuternie-seti-glava-mas-poduroven-dostup-k-srede-peredachi-dannih-razdel-problema.html
  • essay.bystrickaya.ru/dalekaya-strana-nikolaj-hodakovskij.html
  • thesis.bystrickaya.ru/programma-disciplini-opd-f-02-2-teoreticheskaya-fonetika-celi-i-zadachi-disciplini-cel-prepodavaniya-kursa-teoreticheskaya-fonetika.html
  • essay.bystrickaya.ru/dvoreckij-arensibiya-endshpil.html
  • reading.bystrickaya.ru/konstitucionnij-kontrol-i-konstitucionnoe-pravosudie-v-zarubezhnih-stranah-stranica-2.html
  • tests.bystrickaya.ru/menshe-znachit-bolshe-kotorie-dolzhni-znat-vse-roditeli.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/programmnij-kompleks-dlya-proektirovaniya-i-analiza-tehnologii-sortovoj-prokatki.html
  • tests.bystrickaya.ru/medicina-v-drevnej-mesopatamii-i-drevnem-egipte.html
  • bukva.bystrickaya.ru/spisok-ustanovlennih-lic-so-starimi-zvaniyami-visshego-komandnogo-sostava.html
  • tests.bystrickaya.ru/literatura-praktikum-l-i-gubareva-o-m-mizireva-t-m-churilova-ekologiya-cheloveka-praktikum-dlya-vuzov-moskva.html
  • znanie.bystrickaya.ru/akciya-otchayaniya-moskovskij-komsomolec-kirill-kopitov-11112008-251-str-6.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/a-ya-ancupov-i-dr-red-a-a-derkach-rags-pri-prezidente-rf-m-rags-2010-229-s.html
  • kanikulyi.bystrickaya.ru/zadachi-disciplini-obespechenie-usvoeniya-studentami-ponyatij-i-kategorij-ispolzuemih-v-ekonomike.html
  • turn.bystrickaya.ru/organizaciya-zoni-sanitarnoj-ohrani-prirodnie-usloviya-i-resursi.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/uchebnij-plan-disciplini-disciplina-izuchaetsya-na-3-m-kurse-po-okonchanii-3-go-kursa-provoditsya-differencirovannij-zachyot-kolichestvo-chasov-uchebnoj-raboti-lekcii-10-ch-laboratornie-zanyatiya-16-ch.html
  • uchit.bystrickaya.ru/statusnie-harakteristiki-dokladi-centra-empiricheskih-politicheskih-issledovanij-spbgu-izdayutsya-s-2000-goda-vipusk-6.html
  • composition.bystrickaya.ru/polza-doveriya-nikolaj-rerih.html
  • universitet.bystrickaya.ru/stihi-o-prirode-k-d-balmont-snezhinka.html
  • institut.bystrickaya.ru/stroki-o-seme-mihaila-petrovicha-devyataeva-fakti-iz-knigi-i-filma-mogut-stat-osnovoj-dlya-besed-starshih-s-molodezhyu.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.